Призраки прошлого Питер Джеймс

Призраки прошлого

Посвящается Тиму и Рене-Жану

— Прошу я, сердце мое, ответь,

Быть может, ты знаешь пристава дочь,

Что в Ислингтоне живет?

— О сэр, давно забрала ее смерть,

Которой никто не ждет.

Старинная балладаPeter James

SWEET HEART

Copyright © The Peter James Partnership 1990

 
© Перевод. ООО «Издательство Центрполиграф», 2019

© Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2019

Издательство АЗБУКА®

* * *Питер Джеймс родился в Великобритании, окончил привилегированную частную школу Чартерхаус, а потом киношколу. Был продюсером ряда фильмов, в том числе «Венецианского купца», роли в котором исполнили гениальный Аль Пачино, Джереми Айронс и Джозеф Файнс, а также сценаристом нашумевшего многосерийного «Ситкома перед сном» («Bedsitcom»), номинированного на премию международного фестиваля телевизионной продукции «Золотая роза» в Лозанне.

Прожив несколько лет в США, Джеймс вернулся в Англию и… взялся за перо. Его авторству принадлежат более двух десятков книг, переведенных более чем на 40 языков; три романа экранизированы. Все эти произведения отличает глубокое знание психологии: автор с дотошностью ученого исследует личности полицейских и преступников. Огромным успехом пользуется серия романов о детективе Рое Грейсе: по всему миру продано свыше 30 миллионов экземпляров книг.

Писатель завоевал международное признание в мире литературы: он является лауреатом многих престижных премий за лучший криминальный триллер, в том числе «Алмазного кинжала» Ассоциации писателей-криминалистов, полученного в 2016 году. Однако детективами интересы Питера Джеймса не ограничиваются — его привлекают медицина и другие науки, включая исследование паранормальных явлений. Джеймс приглашен консультантом в полицию Суссекса как редкий знаток приемов криминалистики.

Писатель живет на два дома: в Ноттинг-Хилле (Лондон) и Суссексе, неподалеку от Брайтона. Он обожает своих домашних питомцев и коллекционирует автомобили.

Питера Джеймса называют британским Стивеном Кингом, и справедливость данного утверждения как нельзя лучше доказывает эта мистическая, леденящая кровь история, которая происходит в повседневной обстановке.

BooklistКнига держит в напряжении от начала до конца.

Джеймс Герберт, автор «Волшебного дома»Нигде больше не найдешь столь пронзительно точного описания типичного оруэлловского кошмара.

ShiversГрандиозный талант… Джеймс — один из немногих писателей, чьи книги никогда не разочаровывают.

StarburstСтремительно раскручивается детективный сюжет… Роман захватывает с первых страниц.

Chicago TribuneПитер Джеймс по праву занимает литературную нишу между Стивеном Кингом и Майклом Крайтоном.

Mail on Sunday1

У проржавевших ворот собака остановилась, а потом неожиданно юркнула под них.

— Перегрин! — позвала хозяйка. — Перегрин! Немедленно вернись!

В эти ворота никто никогда не входил, если не считать нескольких коммивояжеров, да и те потом признавались, что, когда они там оказывались, их мороз по коже подирал. Даже Перегрин, очень любопытный и пронырливый пес, который вечно совал свой нос куда не следует, ни разу не забегал туда раньше.

— Ну же, хороший песик! Вернись к мамочке!

Но голос женщины терялся в шуме запруды, что находилась ниже.

— А ну иди сюда! — снова позвала хозяйка. — Перегрин!

Почти всегда она выгуливала собаку по этой дорожке, переходила через железный пешеходный мостик и шла дальше, вон в тот лесок, каждый раз невольно ускоряя шаг около старинной усадьбы. Она старалась даже не глядеть лишний раз на заброшенную мельницу, на сад внизу и на дом, где обитала загадочная старуха-затворница.

Женщина распахнула высокие ворота и всмотрелась в подъездную дорожку. Ее йоркширский терьер как раз взбегал по ступенькам крыльца. Он не остановился на пороге, просунул любопытную мордочку в приоткрытую парадную дверь и исчез.

— Перегрин! — в испуге завопила хозяйка. — Назад! Перегрин! — И бросилась за ним по дорожке.

Рев воды в запруде делал безмолвие дома еще более устрашающим, а гравий, хрустевший под ногами, наводил на мысль, что его насыпали намеренно, чтобы невозможно было приблизиться к особняку бесшумно. Женщина остановилась у ступенек, истекая по́том: летнее утро выдалось жарким. Отсюда дом, возвышавшийся на насыпи, казался еще больше.

— Перегрин! — Теперь ее голос звучал более спокойно. — Ну где же ты?

Слыша равномерное настойчивое тявканье терьера внутри дома, она ощущала, как чьи-то глаза наблюдают за ней из темного окна — глаза старухи с уродливым обожженным лицом.

Поднявшись по ступенькам, женщина остановилась, чтобы перевести дыхание. Собака продолжала тявкать.

— Перегрин! — продолжала звать хозяйка, всматриваясь через приоткрытые дубовые двери в мрачный коридор.

← сюда туда →

Или введите номер страницы: